«Слу-ша-а-ай! Хорошего радио должно быть много».

Монотонный речитатив из радиоприемника старенького «жигуленка», застрявшего в утренней пробке, откровенно говоря, не впечатляет. Хочется музыки озорной, бодрящей — хоть так поднять настроение. «Дяденька, а чего-нибудь повеселее нельзя?» Дяденька хмуро крутит ручку настройки и бурчит, что развелось, мол, этих радиостанций, а толку никакого — музыка все больше «аглицкая», и вообще бред в эфире, куда интересно начальство смотрит? «Иксы», «Пятерка», «Рокс» — дяденька пробует тихо материться, осекается, и из пробки мы выезжаем под уныло-скрипичные пассажи.

Думаю, что я не открою Америку для многих кубанцев невеселым предположением: пик популярности местных радиостанций пришелся на минувший, 95-й, год.
Нынче краснодарцы предпочитают слушать «Модерн», угорая от питерского стеба, выговора и своеобразия. К местному же радио многие имеют претензии. Малолетние девочки, еще недавно неистово визжавшие при первых звуках голосов кумиров ди-джеев, сегодня жалуются на их грубость, зазнайство и решительное нежелание продолжать знакомство «за эфиром». Люди, мало-мальски сведущие в «радийных» вопросах, упрекают ди-джеев в однобокости подачи музыки («каждый на свой вкус песенки ставит, а мы страдай от этого!»), косноязычии, кубанском прононсировании английского, отсутствии профессионализма как такового.
Стоп! Прежде чем говорить о профессионализме, в пору разобраться, для чего вообще радио нужно и как оно делается…

С одной стороны, все проще простого. Команда единомышленников, одержимая идеей, имеющая представление о режиссуре и коммерции, плюс начальный капитал. Плюс примирение с мыслью, что радио — неприбыльная структура, а частное радио в качестве своей основной функции выносит утверждение: музыка должна создавать жизненный фон. Не более.

Появление два с половиной года назад «Ферматы» произвело в Краснодаре фурор. Еще бы! Музыка лилась из приемников целыми днями, на радио можно было позвонить и заказать песню, просто сказать в прямом эфире несколько слов. На весь город! Слушать радио постепенно вошло в привычку: дома, на работе, в машине, в веселых и не очень компаниях. Под «Фермату» даже встречали Новый год. А в радиоэфир тем временем вышли «Иксы» и «Зодиак», преобразовавшийся позже в «Радио 5».
Впрочем, все новое постепенно приедается. И пусть телефоны местных радиостанций и сегодня зачастую отвечают короткими гудочками, но на тихий уход «Пионера» со сцены, вернее из эфира, город прореагировал весьма вяло: подумаешь, покрути настройку чуть левее — та же музыка на целый день.

Сегодняшние слушатели к радио предъявляют жесткие требования — мне должно быть интересно и не напряжно. Иначе слушать не буду.
А из приемника тем временем звучит интригующее: «Радио X» — самое загадочное радио в городе».
Чем же эта загадочность определяется? И вообще, насколько профессионально «Радио X» по сравнению со столичными радиостанциями? Свои вопросики с подковыркой я адресовала «иксовским» ди-джеям Семену Чайке и Косте Симору.

  • Нас невозможно предугадать — нет застоя, топтания на месте. Мы, как говорится, не упираемся рогом в землю — постоянный поиск новой подачи музыки, новых решений — неожиданных, впечатляющих, — ди-джеи, зашедшие в «Молодежку», держались уверенно, были полны сил и энергии. На жизнь, впрочем, смотрели трезво, ясно осознавая консерватизм краснодарских слушателей, которые зачастую склоняются к обывательским суждениям: мол, если Москва — то непременно круто, профессионально.
    Кстати, а из чего складывается этот самый профессионализм? Что касается ди-джеев, тут все понятно: краткость, то бишь лаконичность, сестра таланта. Одной маленькой, короткой фразой ди-джей должен уметь выразить целую философию, поднять настроение многотысячной аудитории, прибавить бодрости духа. В Москве, допустим, прежде чем выпустить ди-джея в прямой эфир, с ним около месяца работают стилисты, режиссеры, старшие товарищи. На «Иксах» ди-джеи тоже проходят «селекционный отбор». Работа на радио отнюдь не способ зарабатывания денег (кого сегодня устроят 300 — 400 тысяч?), это, скорее, образ жизни: музыкальность, умение импровизировать, коммуникабельность. Классный ди-джей всегда нейтрален, он не будет навязывать свое мнение, убеждать с пеной у рта, тем паче демонстрировать плохое настроение.
  • Что же касается профессионализма радио в целом, то существуют такие понятия, как «плэй-лист» и «формат», успешно применяющиеся на многих популярных радиостанциях. Формат определяет направления звучащей на радио музыки. В соответствии с ним запрограммированный компьютер выдает «плэй-листы» — грубо говоря, список песен на каждый час. Ди-джей садится за пульт и работает. Ни тебе головной боли: что же поставить, ни грубых несостыковок в композициях, ни, тем более, предвзятого отношения: нравится мне тяжелый рок, вот его-то и будем слушать. А как с такими профессиональными штучками обстоят дела на «Радио X»?
  • Формат «Радио X» — хорошее настроение, — помимо ди-джейства Семен Чайка еще и программный директор радио. — Мы рассчитываем на слушателей «взросло-молодого» возраста. Это выражается и в манере подачи информации, и в некотором смешении стилей и направлений. Задача — привить хороший вкус, у нас не прокатывает дешевая и фривольно-вульгарная попса. Мы хотим делать цельное радио. Нет, «плэй-листы» пока не применяем — мощность не позволяет, нет соответствующей компьютерной программы. В нашей фонотеке около 300 компакт-дисков и порядка 3000 кассет. Выбор большой.
  • Стоп-стоп-стоп! Только что мы говорили о нейтральности ди-джеев, и тут же формулировка о привитии хорошего вкуса. Без обиды, ребята, но кто вы такие, чтобы этот вкус определять почти миллионному Краснодару плюс 60-километровому радиусу его окрестностей?
  • Во-первых, существует понятие общепринятого вкуса, — Семен и Костя вовсе не обижаются, они готовы спорить и убеждать. — Во-вторых, у нас есть опыт и жизненный, и музыкальный. Все семь ди-джеев «Радио X» — люди неординарные. Семен — актер, Костя — будущий психолог, Игорь Щеткин — аспирант, Дима Вакула — бывший музыкант «Гуляй-поле», Яна Севостьянова — солистка экс-«Комбинации» — группы «Русские девочки», Ольга Кияница имеет непосредственное отношение к французской филологии, ну а Слава Вакурин — просто талантливый человек. Радио делают личности. Прежде всего, чтобы собрать вокруг себя круг слушателей-личностей. Наш вкус подтверждается опытом и кругозором.
  • Многие слушатели сетуют на малое количество русской музыки, скучность тематических программ, а зачастую и на их «содранность» с московских и западных радиостанций…
  • Велосипед нельзя изобрести дважды — это по поводу и рекламных роликов, и тематических программ. Какие бы то ни было повторы случайны, мы работаем самостоятельно. Многих слушателей волнует вопрос: этично ли разговаривать в прямом эфире на интимные темы? А почему бы и нет? Популярное радио должно иметь элемент скандальности, но не преступать грани трезвого смысла.
  • «Звездную болезнь» местных ди-джеев в последнее время все чаще называют «звездным маразмом». Не слишком ли заносчиво и амбициозно ваше радио?
  • Почему-то многие забывают, что ди-джеи тоже люди. Грубость, конечно же, исключение, но что делать, когда ночных ди-джеев начинают, в прямом смысле слова домогаться, когда звонят выпившие?..
  • Не боитесь конкуренции? Того, что вас полностью задавит «Модерн» или, допустим, постигнет участь «Пионера»?
  • «Модерн» — хорошее радио, — задумчиво тянет Симор, — интересное, но крезовое, чересчур уж скандальное. Тем более питерцы работают в другом направлении, рассчитанном на определенный слой населения. Скажем, на людей с определенной психикой. И потом, питерский стеб и краснодарский — понятия разного плана.
  • Пошлое радио, — несколько категорично заявляет Чайка.
  • Что касается информационной насыщенности радио, то «иксовские» ди-джеи корректно так спросили: «А есть ли в Краснодаре информационное агентство?». Руками разводить пришлось мне. Так же, как и желать успехов в первую очередь не на творческом поприще, а в поиске спонсоров, меценатов, богатых рекламодателей. Потому что идеальный вариант для всякого радио вовсе не музыка на любой вкус, скорее работа на определенный круг слушателей, которые это радио любят, знают и ждут.
    Так в чем же корень зла: в отсутствии денег или профессионализма? Мои сомнения окончательно развеял бывший «пионерский» ди-джей с самой, пожалуй, скандальной репутацией. Напрасно я ожидала упреков, поливания грязью и развенчания авторитетов. Андрей Андреев убедил меня, что краснодарские ди-джеи такие же, как и столичные, — веселые, бесшабашные, заводные ребята. Правда, столичные в отличие от наших имеют хорошее техническое обеспечение, развитый менеджмент и соответственно высокую окупаемость своей работы. Если, к примеру, «Европа Плюс» владеет огромными инвестициями, то это и дает ей выигрышные варианты для раскрутки, более того, в определенной степени позволяет контролировать рынок.
  • Если ди-джеи «Модерна» ставят на «звездный» подход к себе («Я делаю себя для тебя!»), это срабатывает, радио слушают. Хорошее радио, с одной стороны, подразумевает жесткие рамки, с другой — полную свободу действий. Ракета долетит до цели только тогда, констатировал Андреев, когда заправлена топливом полностью.
  • Может быть, заелись мы, радиослушатели, думаю я, — то не так, это неправильно. Кубанское «гэ», ломаный английский, сексуальные полуночные разговоры, что там еще меня не устраивает? Неужто «Маяк» лучше? Пытаюсь пересчитать по пальцам всех краснодарских ди-джеев… Люди, которые за два года сделали себе имя, наполнили город музыкой. Хорошей? Плохой? Но наполнили же! И вряд ли кто-то рискнет назвать их авторитет дешевым.
  • Будущее краснодарского радио? — знаменитая «звезда кефира» Маша Макарова делает полуудивленную гримаску. — Решите финансовые проблемы, вот вам и будущее!
  • По-моему, стоит согласиться. Тем более, из приемника снова доносится: «Слуша-а-ай! Хорошего радио должно быть много!».

«Молодежная газета»,
(спецвыпуск газеты «Краснодарские известия»)
9-16 марта 1996 г.,
стр. 5

автор – Валентина Артюхина